Б.П.
Медвежий ковш спустился к горизонту
над белым сонным заоконным Понтом,
где дивные снега в ночи лежат
и падают… И что там из ковша
рассыпалось по всей земной округе
в пленительном мерцающем испуге?
Какая россыпь звездных мотыльков
украсила предутренний покров?
В порхании танцующих снежинок
и нежном вздохе бледных хризантем,
средь кружева тропиночных прожилок,
не топтанных пока еще никем,
натешится вселенская тоска!
Да что за блажь — в других местах искать
судьбу свою? Неужто мне так горько,
настолько тошно, чтобы это всё,
включая и моё житьё-бытьё,
смогла я позабыть и враз оставить
вот здесь, под этой странной белой горкой,
навек заколотив свой взгляд и ставни…
Плывёт туман, и жизнь моя плывёт,
как белая ладья средь черных пешек,
и прочих важных клеточных фигур,
ведущих постоянно жизнь-игру…
Но на ладье плывёт мой звездочёт
урочищем серебряных насмешек
и музыку волшебную поёт.
Не спит мой старый лес, стоит, молчит
в покое завороженного транса
И кто из нас не пострадал в ночи
под музыку Вивальди или Брамса…
(Под Моцарта — ну, можно ли страдать?)
Ни следа нет, ни шепота, ни ветра…
Какая тишина и благодать!
Пространство белизны и струй из света…
Такого не увидишь в городах.
Да я и не видала никогда.
Какие наши годы? — ерунда!
Нам жить и жить! и ждать повсюду чуда —
оно возьмется просто ниоткуда
и распахнет пошире синий взгляд.
И скажет чудо: Как же я Вам рад!
И я скажу: А я-то как Вам рада!
И будет глаз бездонная услада…
И станет дольше века длиться день…
И башмачки со стуком будут падать
в скрещенье наших ветреных судеб…
Крещенье для мороза — не везде,
а только здесь, где белые растенья
и вечный убеленный пешеход
под белым снегопадом ввысь бредет,
как ангел, без звучания, без тени,
как будто ниоткуда в никуда,
пока не станет чудом навсегда…
Идет, летит на свет скиталец звездный,
Иди, лети вперед, романтик поздний…
А раннего-то — кто его поймет
и в классики ни разу не запишет?
Ну, разве только к вечеру Всевышний…
Белы слова… Искрится лунный мед,
и медленно уходит вверх дорога,
правее чуть, почти на полвторого,
где хризантема белая вздохнет.