Ты говоришь: Всё в прошлом, всё забыто,
весны цветущей в сердце не вернуть.
Осталась у разбитого корыта
любовь и всех сомнений наших ртуть.
Не соберёшь, не тронешь, не прогонишь,
ошибок судьбоносных не простишь.
Несут вперёд заносчивые кони
кого-то – в глушь, кого – опять в париж.
Забыться в круговерти многоточий
и часовых в полоску поясов,
попутать ясный день с дремучей ночью
и гнать, и гнать по небу гончих псов.
Ты помнишь Орион на горизонте
в рассветном сизом мареве морском?
А помнишь сицилийское ризотто,
фонарики над пепельным песком?
А мельницу-старушку на деревне?
Качели над рекою до небес?
А наше чистиамодивертенде?
Нам звёзды в душу падали вразвес –
Лириды, Персеиды, Леониды…
слетались изобильным тиражом,
и в темноте кромешной было видно,
счастливость глаз… Который год пошёл
без наших закадычных посиделок
в сторонке от столичной суеты.
Мы праздник создавали между делом,
на радость всем. Не приходилось ныть
и стыть под песни искреннего «браво».
Шептались — аж до самого утра.
Романтиков любить – ну не забава?
Почти национальная игра.
Нам «слишком хорошо» – почти диагноз.
Две колесницы – роскоши урон.
Вся наша недопонятая разность
пошла от городища под уклон,
и где-то расползлись пути-дороги,
сходились, разбегались вновь в поля.
Так классно, что колеса есть и ноги,
так здорово, что круглая Земля!
Меняются одежды и сезоны,
дождинки превращаются в снега.
Одна любовь, как прежде, вне закона –
сама закон! Но тем и дорога.
Мы встретимся в каком-то захолустье,
в обычный скучный день, в неровный час.
Даст Бог – и мы друг друга не отпустим.
Не нас, а вспышку света среди нас.